– Дядько Мыкола… – хрипло прошептал хлопец и закашлялся, выхаркивая из легких набившуюся туда пыль. – Там… пустота… Кажись… того… нашли…

Деловито сопя, Мыкола протиснулся мимо своего молодого помощника. Отобрал заступ и принялся аккуратно прощупывать им стену.

– Оно? То оно, дядько Мыкола? – затеребил его мальчишка. – Оно, да? Золото?

Старший не отвечал, продолжая тыкать острием в остатки земляной кладки. Земля тонкими струйками сыпалась под его ударами, в неверном свете потайного фонаря в обнажившихся проплешинах мелькнула верхняя кромка известняковой плиты… Уставившись на эти каменные вкрапления расширенными, сверкающами безумной надеждой зрачками, мальчишка шептал, как в бреду:

– Мамку к доктору, пока живая еще… Брательникам сапоги, бо они ж зимой как есть босые… Нашли… Скарб… – Просочившееся в лаз снаружи легкое дуновение веющего над степью ветра коснулось разгоряченного лица. Дыхание хлопца успокоилось, выражение глаз стало осмысленным. – Дядько Мыкола… – неуверенно позвал он.

– Ну что тебе? – раздраженно откликнулся старший.

– Та той же… скарб… заклятый… Его ж заклинали, чтоб такие, как мы, не чипляли? Бо мы ж не «счастливчики», чтоб он нам сам дался… Как же мы его возьмем?

Мыкола медленно повернулся к мальчишке – и тот невольно вжался в стену, таким вдруг страшным ему показался взгляд обычно добродушного сивоусого знакомца.

– Есть способ, хлопче, – медленно и раздельно проговорил сивоусый. – До того заклятого скарба ключик. – Мыкола придвинулся поближе к мальчишке. – Кровь людская!

– Р-руку р-резать? – дрожащим голосом переспросил мальчишка, шаря по земле в поисках еще недавно лежавшего рядом заступа. Но тот уж давно был у Мыколы. И все же пальцы хлопца наткнулись на что-то маленькое, твердое… Сам не понимая зачем, он стиснул это маленькое в кулаке, будто оно могло принести ему спасение.

– Скарб больно велик, – процедил дядька, – руки-то за него мало будет.